Три дня - 29,30,1- я в Питере. Если кто захочет увидеться - мой телефон 89651010421.

Эх, жэжэчка моя, мне так тебя не хватает. Злобный и тупой фейсбук сделал тебя, и меня заодно. Мысли стали короче и проще, забиваю тоску картинками, котиками и зайками. Все это пошло и безвкусно. И так далеко от меня настоящей.
А настоящая я зарылась в сметах,обзвонах, безудержном сизифовом камне, который скатывается и скатывается. Настоящей мне хочется кофе в стаканчике из "Волконского", новое черное пальто с развевающимимся полами и блеска в глазах. Настоящей мне хочется купить билет в один конец и вырвать свой единственный седой волос.
Насколько живее я была сколько-то лет назад. Я не зависела от атмосферного давления, дождя, предвыборной истерики и чьих-то успехов. Мне не нужно было придумывать события моей жизни - они находили меня сами. Мне не нужно было искать страсти -она всегда была.

Что же нужно сделать, чтобы внутри все затрепетало и внешние события стали лишь фоном всепоглощающей внутренней энергии? Как подзарядить эту батарейку?

Когда хочется плакать и что-то все время болит,
Не хватает сюрпризов и яркости майской сирени,
Нарисуй акварелью прозрачной сиреневый вид
И добавь пару капель гуаши задорно-весенней.

Апельсиновый сок, не разбавленный талой водой,
Бесконечностью солнечной в окна настырно стремится.
Когда сил не хватает и сердце не ладит с душой,
Полетит над московским неврозом лазурная птица.

Взмахом крыльев свободных удушье дождя разомкнет
И надежды десятки семян по дворам разбросает.
И исчезнет простывшего сердца серебряный гнет.
И на теплой земле корка льда наконец-то растает.

Бледность первых цветов будто полых огня ослепит.
Шелест первых ветвей, как мелодия, воздух обнимет.
Когда хочется плакать и что-то все время болит -
Это счастье твое в ожидании медленно стынет.

Горбунья злая сбросила одежду
На тленный лед простуженной зимы.
На пять минут с тобой, прекрасным, прежним
В черте за кругом оказались мы.
И сном жестоким юность оправдалась
За свой порыв разрушить и сгореть.
Я искренне когда-то постаралась,
И ты теперь не сможешь умереть.

Таки наболело. Выскажусь в первый и последний раз от первого лица: перепосты бесконечных ссылок несколько отупляют мозг и нарушают самоидентификацию. Не в фейсбуке, а именно здесь, потому что фейсбук превратился в бесконечную агитку со стороны людей, большинство из которых уже забыли, против кого и за кого они дружат.
Лет 5-7 назад я писала о Чубайсе и Ходорковском. И сначала, со свойственным юности пылом жалела МБХ и ругала реформу электроэнергетики, мало понимая, как обстоят дела на самом деле. Тогда свобода слова была чуть свободней(хотя некоторые откровенные провокации сегодняшних авторитетных СМИ находятся за рамками добра и зла), а я - наивней и энергичней. Тогда я верила, что словом можно что-то изменить, остановить, восстановить и нарушить. Тогда мне казалось, что Ходорковский - жертва. Тогда мне хотелось праведной справедливости, и, правда-правда, за несколько лет мне удалось попортить немного крови тем, о ком я писала.
С тех пор прошло много лет, и сейчас я примерно понимаю, что именно не так у нас в стране. Безусловно, мне далеко до глубины этого понимания именитыми макроэкономистами, но общее представление все-таки имеется. И я предполагаю, что корень всех проблем лежит не только в сегодняшней власти, но, в первую очередь, в той власти, которую выбрали родители митингующих сегодня в начале 90-х прошлого века. И тогда, когда действительно имело смысл что-то оспаривать и отстаивать, потому что существовала реальная, непродажная и не формальная оппозиция, никто этого не сделал.
Удивительно, что на пепелище 90-х вообще удалось что-то сохранить. Что после залоговых аукционов в государственной собственности остался хотя бы газ, электричество и кусочек нефти. Впрочем, с электричеством разобрались, и теперь, когда ТГК и ОГК достались ни хрена не понимающим собственникам, которые опять же ни хрена не инвестирующим в модернизацию основных мощностей, никто сильно не удивится, если страна в один прекрасный день проснется в темноте.
Поэтому, скажем прямо, возможности быть исчадием ада у нынешней власти просто нет - королевство маловато. Трудно разрушать там, где уже почти все разрушено, где износ основных фондов превышает 80% (а это во всем мире считается техногенной катастрофой), где ЗВР лежат на счетах забугорных банков бесплатно, где олигархи выслуживаются перед власть имущими активами, а не налогами, где коррупция практически легализована в виде сделок государственного масштаба,да только масштаб не так велик, потому что львиную долю страны просрали задолго до. Где умерло сельское хозяйство и легкая промышленность, наука и спорт. Умерло, повторюсь, задолго до.
Уже хорошо, что мы не стали колонией большой и великой державы, и даже, судя по всему, становиться ею не собираемся. И более чем прекрасно, что резиновая Москва беспрепятственно принимает в свои объятья всех желающих заработать тугую и не очень копеечку.
Если бы я видела, что в нашей стране есть хотя бы слабый намек на эффективную, образованную, умную оппозицию, которая может заменить действующую власть, то пошла бы и на выборы, и на митинг. Если бы я понимала ЗА что выступают люди с шариками, а не против КОГО, я была вместе с ними. Но, простите, Навальный - не политик, а харизматичная истеричка, и за ним никакой реальной силы нет. Что касается действующих партий, то фрукты всегда были с гнильцой, а сейчас так просто превратились в червивое месиво. Красные знамена пообветшали и мхом поросли, а все остальные выполняют роль девочек-кричалок в футбольных командах.
Бороться за перевыборы - ну и перевыберут, ту же ЕР, уволят нескольких особо наглых чинуш. И что? Что дальше? Митингующие самоудовлетворятся, их эго победно ухмыльнется и все затихнет. Потому что нет никакой оппозиции, а есть только белые ленточки и беспредел в интернете, который электорат ЕР не читает.

Как часто мы пытаемся найти кого-то, кто виноват в наших бедах, проблемах,потерях. Бессмысленно плутая в лабиринтах собственной боли, мы ищем того, кто объяснит: почему это случилось со мной, что я сделала не так, за какие грехи моей кудлатой жизни мне приходится сейчас переживать все это. Солнце сначала заволакивает облаками, потом начинается дождь, и ты с ужасом ожидаешь, что сейчас придет истинно пилатовская тьма, которая поглотит все, чем ты жила, чему радовалась и улыбалась. Физическая немощи объяснение найти проще: несколько безумных лет, похожих на обезумевшую синусоиду, аритмия чувств, бесполезное, но отчаянное стремление получить за свои труды самую маленькую награду - стабильность. На каждом месте, куда ты попадаешь, ты пытаешься создать свой маленький рай, где и избранными тобой же ангелами будешь честно работать и молиться и спокойствии. Но море волнуется, шторм не затихает и вопреки рациональности самой жизни тебя снова выбрасывает на берег почти необитаемого острова, в глуби которого тебе надо найти себя и тех, кто остался с тобой вопреки.
Отшельничество физической болезни и бессилия перерастает в горечь, в тоску, в отчаяние. Ты прекрасно понимаешь, что болеешь неспроста, что человеческие органы не могут подвергаться постоянному стрессу и наступает предел их возможностей.
И солнце за окном на несколько недель становится игрушечным, а мысли и вовсе пропадают. Телефон становится бесполезной и раздражающей штукой: от тебя все хотят чего-то делового, а объяснять, что у тебя просто нет физических сил продолжать безудержную гонку за чем-то неопределенным, не хочется.
Жизнь становится такой неукротимой, что бессознательно ты возвращаешься к истокам, к своим прапредкам, которые искали счастье и цель отнюдь не в тех "целевых показателях", на которые мы настроены сейчас.Ты перелистываешь последние 10-15 лет и задаешь вопрос: куда я так стремительно бежала, к какой финишной прямой, за чем, за каким чудом или подвигом я двигалась неровным бегом, очень редко оглядываясь вокруг? Что я упустила, кого я не увидела среди тех, кто бы около, а не внутри твоего мира?
Простите меня за то, что кого-то я не поздравила с днем рождения, кому-то не ответила на звонки и смски. Каждый из вас и я сама знаем, где соприкасаются наши миры и соприкасаются ли вообще. Истинная вера в незримую силу помогает перелистнуть серое небо и терпеливо ожидать солнца.

Вся история российской банковской системы последних лет завязана на различных страхах. Попробуем устроить сеанс психоанализа и понять, чего банкиры больше всего боятся сегодня.

http://www.banki.ru/news/columnists/index.php?id=2868149

"Это был год великих событий - 1996 год", - читаю я за круглым деревянным столиком в Жан Жаке. Вокруг молодые глупые актрисы, звон бокалов, яблочные пары французского сидра. Белоснежка приносит мне паштет, а в глаза застыла фраза Ходорковского (или его талантливого копирайтера): "Этобыл год великих событий".
Четырнадцать лет два месяца и двадцать четыре дня. Пальцы, не слушая здравый смысл, буднично набирают смс, номер, черт его побери, опять вспомнила: "Купи книжку "Ходорковский", тебе как бизнесмену будет полезно почитать". Ответ приходит через несколько секунд: "И все-таки я попрошу представиться".
А через пару минут мы уже разговариваем. О чем? О пятнадцати годах, о пятнцадцати минутах.О том, как ты подхватил меня на своей первой, самой любимой красной Alfa Romeo у гостиницы "Восход", через час после того, как я стала крещеной. 24 апреля 2005 года. 8 августа 1996 года. 2 мая 1999 года.
- Ты помнишь?
- Да, я помню.
- Куда тебе прислать стихи?
- Может, встретимся?
- Да не вопрос, когда?
Это непостижимо. Почему ты хочешь меня увидеть? Почему я с тобой разговариваю?
-Юля, я встречусь с Сашей через неделю...
- ЗАЧЕМ?! Прости, вырвалось... Ну, ты же все понимаешь?
Я все понимаю. Но я дам себе три дня, ровно три дня ожидания. Где твоя первая Alfa Romeo? Кто на ней ездит? Или ее уже разобрали на запчасти, как мое сердце? Да и твое, наверно,тоже.

- Это же хорошо, что есть женщина, которая любит тебя почти как твоя мама.
- С одной стороны, хорошо, но ведь это такая отвественность...
- У тебя все хорошо?
- Да все в порядке...
Какое тебе дело до его порядка, дура? Зачем ты спрашиваешь? Почему руки трясутся, губы дрожат, а от звука его обычного, в общем-то, голоса слезы текут вопреки любопытным жанжаковским взглядам?
- Ну, мне пора возвращаться во внешний мир. Созвонимся...
Ты уже знаешь, что нет, не созвонимся. И я тоже знаю.

Это был год великих событий - 1996 год. Мы еще когда-нибудь увидимся? Ведь еще гадалка сказала, что ты - моя судьба. Просто до нас очень медленно доходит.
- Счет, пожалуйста.